МЕЛИКСТВА ХАМСЫ

Незабвенной памяти отца - мелика Мирзабека

I

     Всякий раз, когда Армения, утрачивая свой престол, переживала периоды упадка, она сохраняла своих представителей, словно непогасшие искры, тлеющие в пепле былой славы Царствовавшая армянская династия оставила после себя ряд правителей, называвшихся кусака-лами. Аршакуни [1] -марзпанов, куропалатов, патриков и востиканов. А Багратуни [2] и Рубиняны [3] - множество различных обособленных друг от друга, независимых княжеств.
     Это были преимущественно потомки древних армянских нахарарских домов. Они служили как бы звеньями, сохранявшими преемственность армянской независимости в периоды между падением одной и утверждением новой династии. Эти правители, хотя и назначались изредка чужеземцами и платили им дань, тем не менее неизменно сохраняли свои суверенные права.
     В последние века место старинных нахарарских домов заняли мелики, правление которых приняло более упорядоченную форму в дни шаха Аббаса Великого [4] (1603). Этот грозный персидский государь, политические взгляды которого на отношения с другими народами резко отличались от взглядов его предшественников, считал более благоразумным править подвластными ему народами через их представителей, что и позволило ему утвердить согласие в государстве. Он первый подтвердил право армянских князей на титул «мелики*, которым они владели с более ранних времен Тем самым шах Аббас выразил свою признательность армянским мели-кам за их значительный вклад в его победоносные войны против османов**.
     * «Мелик», или «малик», означает князь, владетель, а также государь (Все примечания в тексте принадлежат автору-Ред)
     ** Армянские мелики Сюника и католикос Эчмиадзича вместе с несколькими епископами, стремясь освободиться от османского ига, обратились в Исфахан и пригласили шаха Аббаса властвовать над Арменией
-15-
     Правление медиков длилось очень долго, а в Закавказье - Вплоть до утверждения русского господства. Я поведу разговор лишь об одной группе этих княжеств, которая известна под общим названием меликства Хамсы*.
     Меликства Хамсы - это пять небольших гаваров, которые, соседствуя друг с другом, образуют целую область, ныне называемую Карабах, а в нашей истории известную под именем Арцах, или Малый Сюник [5]. В более отдаленные времена она являлась частью страны Агванк [6].
     Упомянутые пять гаваров следующие:
     1. Гюлистан, или Талыш, простирающийся от реки Кюрак-чай, то есть от границ Гандзака, до реки Тартар.
     2 Джраберд, или Чараберд, простирающийся от реки Тартар до реки Хачен.
     3 Хачен, простирающийся от одноименной реки до реки Баллу-чай.
     4. Варанда, простирающийся от этой реки до горной зоны Дизапайта.
     5. Дизак, или Дузах, простирающийся от этих гор до реки Ерасх.
     Эти края, которые, как я упомянул выше, когда-то являлись частью Агванского царства, впоследствии стали пристанищем армянских медиков. Неприступное расположение страны позволяло им укрыться от свирепых бурь времени. Дикая природа, высоченные горы, покрытые вековыми дремучими лесами, мрак бездонных ущелий способствовали формированию здесь народа, обладающего крепкой, подобно окружающим его скалам, грудью и бесстрашным, как у живущих в его лесах тигров, сердцем. Этот народ жил в пещерах своих любимых гор, в расселинах скал, питался дарами леса, занимался скотоводством и, как зверь из засады, выходил из своего укрытия, когда враг осмеливался нарушить его покой.
     Каждый мелик был властелином своего гавара: он имел свою особую крепость и свои твердыни. Крепость
     * «Хамса» по-арабски означает «пять», а «меликства Хамсы, означает «пять меликств».
-16-
     мелика Гюлистана находилась всзле села Гюлистан*, на вершине одной из неприступных гор; еще одна крепость в том же гаваре находилась недалеко от села Талиш, у монастыря Орек. Крепость мелика Джраберда находилась на берегу реки Тартар, возле монастыря Ерек Ман-кунк. По названию этой крепости весь гавар именовался Джраберд [7],
     так как крепость стоит почти у самой воды, на вершине огромной клинообразной скалы, подножье которой омывают бушующие воды рек Тартар и Трхи. Эти две реки, сливаясь друг с другом, придают крепости форму полуострова. Крепости медиков Хачена расположены были возле реки Хачен: одна из них находилась недалеко от знаменитого монастыря Гандзасар, на вершине высокой, покрытой лесом горы, и называется Тар-ханаберд (Хоханаберд). В этой крепости в начале XIII века укрывался от татарских набегов князь Хасан-Джалал. Другая крепость в том же гаваре Хачен была расположена в нескольких часах пути от упомянутой, возле монастыря св. Акопа. Эта крепость достойна своего имени: она называется Качахакаберд [8], ибо лишь стремительные сороки могут достигнуть ее острой вершины, пропадающей в тумане. Крепость мелика Варан-Ды находилась в селе Чанахчи (Аветараноц), недалеко от девичьей пустыни. Крепость мелика Дизака находилась в селе Тох, возле монастыря Гтич, возвышающегося до самих небес.
     В этом краю рядом с монастырями отрекшихся от мира отшельников возвышались княжеские твердыни, их грозные крепости, и крест соседствовал с мечом.
     Власть меликов была наследственной: после смерти отца бразды правления и титул «мелик» переходили к старшему сыну, а другие братья назывались беками. Здесь вместо закона правили воля властителя и народные обычаи, сохранившиеся в первозданном виде. Мелики обладали неограниченной властью над своими подданными, они имели право судить, наказывать и даже приговаривать к смерти.
     * Крепости, укрепления меликов Карабаха - некоторые в развалинах, а иные в неприкосновенности - сохранились и поныне Но следует иметь в виду, что некоторые из них существовали еще во времена царей и правителей Агванка, мелики же восстановили их для своих нужд.
-17-
     Мелики были связаны друг с другом как политическими интересами, так и родственными отношениями, и, таким образом, все пять княжеств Хамсы вместе составляли единый целостный союз. Защищенные неприступными горами и дремучими лесами, они не позволяли ни одному мусульманину поселиться в своих владениях, и все население Карабаха состояло только из армян, число которых было весьма значительно.
     Обратимся к генеалогии меликских домов, владевших пятью гаварами Хамсы..

II

     1. Происхождение Мелик-Бегларянов, владетелей Гюлистана*.
     Мелик-Бегларяны - коренные утийцы, из села Ниж. Какие обстоятельства принудили их оставить родину, перебраться в Карабах и поселиться в гаваре Гюлистан,- об этом история умалчивает. Известно только, что первый переселенец, которого тюрки называли «Кара-юзбаши» («Черный сотник»), а армяне - «Черный Абов», был человеком не простым**: на своей родине он имел состояние и правил народом.
     В начале шестнадцатого века этот «Черный сотник» внезапно появляется в Карабахе, совершенно обнищавший, имея с собой только семь семей и несколько животных, облегчавших трудности их пути. Вероятно, на родине на них обрушилось какое-то бедствие, в результате которого они оказались разоренными и изгнанными.
     Очутившись в незнакомом им мире, они не имели ни места жительства, ни убежища. И хотя осенние холода уже наступили, они еще жили в палатках на левом, берегу реки Тартар, неподалеку от нынешнего села Талыш.
     Возможно, «Черный сотник» и хотел какое-то время оставаться в безвестности в новой стране, но неожиданный случай заставил обнаружить себя.
     * Согласно находящейся у нас рукописной истории, род Мелик Бегларянов восходит к одному из древнейших царей Агванкга-Аррану [9], жившему задолго до Христа. Это предположение нуждается в серьезной проверке.
     ** Предки всех медиков Карабаха носили титул «юзбаши». Этот титул обычно присваивался тем, кто был владетелем собственного края и имел право содержать войско.
-18-
     Однажды, когда его стадо паслссь на лугу, на нею напали разбойники я похитили животных. «Черный сотник» и несколько молодых людей, бывших с ним, бросились в погоню за похитителями. Они вернулись через несколько часов, ведя за собой не только украденных животных, но и самих похитителей.
     На следующий день появилась другая группа всадников, которые, обратившись к «Черному сотнику», сказали, что они - люди хана Барды и им приказано схватить этих разбойников, наносящих огромный ущерб стране. И они весьма довольны, что разбойники схвачены без их участия. С этими словами они забирают разбойников и доставляет их к хану Барды, не сообщая тому, кто на самом деле задержал разбойников, чтобы самим получить награды хана.
     Хан повелел казнить разбойников, а своих людей наградить за смелость. В этот момент главарь шайки говорит хану: «Накажите нас, как считаете нужным, ибо мы разоряли вашу страну. Но не оскорбляйте нас, вознаграждая этих ничтожных людей за несовершенное ими, ибо не они одолели нас...».
     Хан, выяснив, что его люди обманули его, приказывает доставить к нему «Черного сотника». Тот просит не награждать его за оказанную услугу, а лишь выделить ему как беженцу место для поселения. Хан передает ему в вечную собственность село Талиш, или Тариндж, в гаваре Гюлистан, возле монастыря Орек. О «Черном сотнике» известно лишь это. На камне, воздвигнутом на его могиле, находящейся возле упомянуто го монастыря, высечена лишь одна строка, из которой видно, что скончался он в году 1081 армянского лето счисления (1632) [1].
     У Черного Абова было несколько сыновей, старший из которых - мелик Беглар - стал его преемником.
     Мелик Беглар I наряду с мужеством своих предков обладал и умом. Он основал княжество медиков Гюлистана и, завладев новыми территориями, расширил его пределы. Он захватил у бывшего местного правителя Абраама-юзбаши* (Ибрагима-гявура) несколько деревень- Вери-шен, Нерки-шен, Эркедж и другие-и, овладев крепостью Гюлистан, восстановил эту неприступную твердыню и поселился там. Он оставил после себя двух сыновей: старший по имени деда был назван Абов, а младший - Тамраз (Теймураз).
* Потомки Абраама-юзбаши и сейчас живут в деревне Гюлистан как простые крестьяне.
-19-
     После смерти отца ему наследовал старший сын - Абов II, который, поскольку его нога была повреждена пулей, известен также под именем Хромой Абов.
     Хромой Абов, как и его дед Черный Абов, прославился своими успехами в сражениях. Грабеж, разбой, дерзкие набеги в то время не только не считались постыдным делом, но, напротив, воспринимались как необходимые достоинства, которыми должен был обладать правитель страны, чтобы держать в страхе окружавших его врагов. Этих качеств не был лишен и Хромой Абов. Все, что он имел, он приобрел с помощью грабежа... Он похитил даже свою жену, красавицу Камар-солтан.
     Однажды, когда Абов со своими людьми направлялся с целью грабежа в сторону Гандзака, выше села Гета-шен, у деревни Дулуслу, в горах он наткнулся на кочевку хана Гандзака Мамада. Во время нападения он увидел дочь хана которая вместе со своими «сорока» служанками проводила лето у пастухов своего отца. Красота девушки настолько пленила Абова, что он, забыв о тучных стадах Мамад-хана, похищает лишь его дочь. Абов в ту пору был неженатым молодым человеком. Это был красивый юноша, хотя и не могучего телосложения, смуглолицый, как и все потомки Черного Абова. Доставив свою прекрасную добычу в монастырь Аменапркич, находившийся неподалеку от крепости Гюлистан, он велел крестить ее и обвенчать их. Это похищение привело к нескольким кровопролитным схваткам между Абовом и ханом Гандзака, закончившимися поражением хана. Хан долго не мог примириться ни со своей дочерью, ни с самозваным зятем. Но к старости он смирился. И поскольку у него не было других наследников, кроме единственной дочери, то все принадлежащие ему села и богатство он оставил ей по завещанию. Благодаря жене Абов стал владельцем огромного состояния.
     Абов II умер в 1728 году. После его смерти, согласно обычаю меликов, ему должен был наследовать сын - мелик Овсеп. Но поскольку мелик Овсеп был еще неопытным юношей, правление страной было поручено брату покойного Тамразу, и юный Овсеп должен был находиться под опекой до совершеннолетия.
-20-
     Своей резиденцией мелик Тамраз избрал дворец*, расположенный у монастыря Орек, и правил он не как временный опекун, а как полновластный хозяин страны. Это был человек жестокий и безжалостный. Замыслив полностью лишить Овсепа отцовского наследства, он начал последовательно разорять его, пока не довел до полной нищеты. Он даже намеревался лишить племянника жизни. Юный Овсеп жил вместе с матерью в крепости Гюлистан, и положение его было незавидным.
     Как-то один из сборщиков налогов шаха Султан Хосейна визирь Атрпатакана Мирза-Тахир, собирая дворцовый налог, направлялся из Дербента в сторону Гандзака и Карабаха. Мелик Тамраз принял его у себя дома и, стремясь выслужиться перед персидскими властями, приказал собрать со своих подданных дополнительную дань. Помимо этого, он, чтобы подольститься к гостю, хотел вручить ему ценный подарок.
     «Ружье моего брата,- сказал он,- находится у моего племянника Овсепа. Это редкое оружие достойно шахской сокровищницы».
     Перс велит обманно призвать к нему Овсепа и просит его принести ружье отца, якобы чтобы полюбоваться им. И когда Овсеп приносит ружье, отбирает его со словами: «Это ружье достойно шахской сокровищницы, а не тебя».
     Юноша со слезами возмущения на глазах возвращается к матери и рассказывает ей о случившемся. Магь в глубоком горе: ведь это заветное ружье - единственное, что осталось у нее от мужа, единственная память о его подвигах. Гнев сына еще более усиливается, когда он слышит упрек матери: «Недостойный сын храброго отца... Лучше бы мне принесли твой труп и сказали, что ты погиб, отстаивая память своего отца».
     - Я верну ружье отца...- говорит сын и просит мать дать ему денег на покупку оружия. Мать отдает ему несколько золотых со своей головы [2].
     Персидский сборщик налогов, собрав местную дань, взвалил ее на мулов и со своими слугами отправился в путь. Овсеп с группой своих друзей-сверстников
* Развалины этого великолепного дворца сохранились и по ныне Они являются красноречивым свидетельством былой славы и могущества меликов Гюлистана.
-21-
     последовал за ним. Когда сборщик налогов вступил в узкое ущелье реки Тартар, Овсеп подал сигнал к нападению. Он собственной рукой отсек персу голову и отобрал у него ружье отца *.
     Золото, собранное со всех гаваров, стало добычей Овсепа и его храбрых товарищей. Слуги же частью погибли, частью спаслись бегством.
     Овсеп, взяв с собой захваченные сокровища, укрепился в крепости Гюлистана. Его поступок остался безнаказанным, ибо, как мы увидим далее, в это время в Персии происходили важные события и перемены. Шах Султан Хосейн был смещен с престола, афганцы захватили столицу персов, и в этих обстоятельствах вряд ли кому было дело до события, происшедшего в Карабахе.
     Овсеп, став обладателем богатства, начал укреплять свои силы. Он вступил в союз с меликом Атамом из Джраберда, отношения которого с его дядей меликом Тамразом были далеко не дружественными. Теперь Овсеп вознамерился не только отобрать у него власть над Гюлистаном, которую тот захватил силой, но и отомстить за все лишения и беззакония, которые творил его безжалостный опекун мелик Тамраз, когда он был еще несовершеннолетним. Объединившись с меликом Агамом, Овсеп напал на крепость мелика Тамраза. После нескольких дней ожесточенных боев крепость была взята и мелик Тамраз захвачен в плен. Овсеп приказал повесить его на платане** и после этого сам начал править княжеством Гюлистан. После мелика Тамраза остался сын Сарухан-бек, который был одним из четырех храбрых военачальников, командовавших армянскими полками в 1723 году.
     Мать мелика Овсепа, мудрая Камар-солтан, своими советами немало способствовавшая возвышению сына, умерла в 1753 году. Она была похоронена на родовом кладбище Мелик-Бегларянов, возле монастыря Орек.
     С дальнейшей историей Мелик-Бегларянов в хронологической последовательности мы ознакомимся в процессе нашего повествования.
     * Наследники Мелик Бегларянов продали это ружье за 1000 Рублей генералу Ермолову3, а тот отослал его в Оружейную палату С-Петербзрга,
     ** Этот древний платан, называемый «кровавым», и сегодня показывают на границе Гюлистана и Джраберда.
-22-
     2. Происхождение Мелик-Исраелянов, владетелей Джраберда.
     О происхождении Мелик-Исраелянов нам известно немногое. Из одной рукописной истории мы узнаем только, что мелик Есаи, сын мелика Йсраела, за убийство главного хана (?) Сюника, который намеревался обесчестить его сестру, в 1687 году был выну/клеи бежать в Карабах, взяв с собой множество своих подданных. Войска хана преследовали его, но мелик Есаи к ущельях горы Мрав разбил их и убил семерых сьпювеч хана, захватив у них огромную военную добычу.
     Затем, постепенно склонив на свою сторону местнге население, жившее на склонах горы Мрав, мелик Если все более усиливается, овладевает также ущельем, называемым Кванк, простирает свои владения от кр Рымбостян до села Дютакан, именуемого ныне Катохи-касар.
     После смерти мелика Есаи ему наследуют другие братья: вначале Алахкули-султан, затем мелик Атам. Они, еще более усилившись, овладели Верхним Хаченом, Авкахахацем, Андабердом, Аканой и Джрабердом и значительно расширили свои владения.
     Алахкули-султан, как мы увидим далее, был предательски убит Панах-ханом Шушинским, а мелик Атам долго воевал с этим ханом.
     Мелик Атам для своего жительства восстановил прекрасный дворец, расположенный около развалин, называемых Кахакатехи, или Майракахак, в котором в конце двенадцатого века жил князь Хачена и Шамхсрэ Вахрам-шах. А крепостью своей избрал неприступный Джраберд*.
     3. Происхождение Хасан-Джалалянов, владетелей Хачена.
     Из пяти господствовавших в Карабахе меликских домов лишь правители Хачена были местными жителями, а остальные, как мы видели и увидим далее, были переселенцами из других мест [4].
* Мелик Атам владел несколькими крепостями, одна из которых полностью сохранилась около селений Кусапат и Хич Мохратах, недалеко от монастыря Инн мас. Это прекрасное строение может дать достаточное представление об архитектурном вкусе наших предков.
-23-
     Происхождение меликов Хачена следует считать очень древним, они потомки князей Хасан-Джалалянов. В течение веков они настолько приумножились и разветвились, что небольшой гавар Хачен был поделен между представителями этого рода на мелкие кусочка, и они, естественно, не могли жить друг с другом в полном согласии. Кроме того, из этого же рода избирались и католикосы Гандзасарского монастыря, которые со своей стороны также препятствовали значительному усилению меликов этого края.
     В семнадцатом веке из князей Хасан-Джалалянов знамениты были три брата - католикос Иеремия, Ве-лиджан-бек 3-ий и Мулки-бек.
     Католикос Иеремия умер в 1700 году. Велиджан-бек умер в 1686 году, а его сын Есаи стал католикосом после Иеремии. (Это тот самый католикос Есаи, который, как мы увидим далее, во времена Петра Великого начал переговоры с русским правительством о создании в Карабахе независимого армянского княжества под русским покровительством). А Мулки-бек умер в 1716 году и оставил после себя двух сыновей: старшего звали мелик Григор, младшего - мелик Алахверди.
     Meлик Григор был человеком умным и красноречивым; у него были светлые волосы, за что персы и османы называли его «сари-мелик», то есть «белокурый мелик». Не раз проявив в боях свою храбрость, он отошел от мирской жизни, удалился в Гандзасарский монастырь, где был рукоположен в вардапеты. После мелика Григо-ра княжеством Хачен правил его брат мелик Алахверди, а после смерти последнего - его сын Мелик-бек, оставивший после себя восемь сыновей. Одним из них был католикос Гандзасара Ованес, погибший от руки хана Шуши Ибрагима.
     4. Происхождение Мелик-Шахназарянов, владетелей Варанды.
     Историк Аракел сообщает следующее; «Выйдя из Тифлиса, шах (Аббас I) направился в Гегамский гавар, и войско царское раскинуло там стан, а сам шах Аббас остановился в селении Мазра в доме коренного жителя того села мелика Шахназара. И был мелик Шахназар родом из армян, и христианин по вере, ишхан славный и могущественный; он оказал шаху гостеприимство, приличествующее царю; был он другом, близким человеком царя и пользовался его уважением. Почему и царь,
-24-
     возвеличив, одарил его почетными и благородными одеяниями и пожаловал ему власть мелика того гавара [5], и пожаловал ему и братьям его другие имения и деревни. И написал надежный номос, закрепил царской печатью и дал им, дабы вотчина эта неизменно принадлежала им и сыновьям их навеки, из поколения в поколение» [6].
     Разорительные набеги кавказских горцев в 1682 году опустошили область Гехаркуни. В это время сын упомянутого мелика Шахназара мелик Хусейн и сын его брата (мелика Мирза-бека) мелик Баги покинули побережье Гегамского озера и переселились с частью своих подданных в Карабах. Местом своего жительства они избрали селение Аветараноц (Чанахчи) в гаваре Варан-да. Здесь они построили церковь, девичью пустынь, обнесли Аветараноц мощными стенами и превратили его в крепость. В той же крепости они воздвигли оборонительные сооружения, великолепные строения которых и сегодня сохраняются в полуразрушенном состоянии.
     В 1721 году, когда кавказские горцы напали вновь и разграбили Шеки, Ширван, Гандзак, дошли до реки Ерасх и подступили к Варанде, против них выступил мелик Баги и спас край от разорения. Это и подобные события настолько усилили симпатию местного населения к Мелик-Шахназарянам, что вся Варанда признала власть этого дома.
     5. Происхождение Мелик-Аванянов, владетелей Дизака.
     Мелик-Аваняны - также переселенцы из села Apтy гавара Лори. В XVI веке в этом гаваре усилились Ло-рис-Меликяны: к этому роду принадлежал и мелик Аван (Еган) - сын вардапета Гукаса.
     Мелик Аван вел беспрестанные войны со своим родственником меликом Элизбаром, силой отобравшим у мелика Авана принадлежавшие его предкам ущелье Памбак и часть Лори. Не сумев одолеть своего врага и преследуемый им, мелик Аван, вместе со своим отцом вардапетом Гукасом и подвластным ему населением, переселился в селение Тох гавара Дизак. Здесь его отец восстановил монастырь Гтич, основал обитель и поселился в том же монастыре. А сын, мелик Аван, в селе Тох воздвиг великолепную церковь и укрепил поселение обводными стенами. Построенный им в том же селе прекрасный дворец, украшенный армянскими надписями, сохраняется и сегодня. В нем обитают его потомки,
-25-
которые, спасаясь от гонений Ибрагим-хана Шушинского, приняли магомеганство.
     Эти мусульмане с гордостью вспоминают имя своего предка-мелика Авана, и ежегодно на пасху, в Христово воскресение литургия в местной церкви совершается за их счет*.
     Мы кратко рассказали о происхождении меликов, владевших пятью гаварами Карабаха - Гюлистаном, Джрабердом, Хаченом, Варандой и Дизаком. Мы увидели, что из этих пяти меликских домов лишь правители Хачена были местными жителями, остальные же переселились из других мест в результате почти сходных исторических обстоятельств. Они нашли убежище в лесах и неприступных горах Карабаха и основали свои могущественные княжества. Теперь обратимся к последующим деяниям меликов, занимающим важн-ое место в нашей истории.

III

     В начале XVIII века в Персии произошли события, оказавшие существенное влияние на судьбу меликов Карабаха В результате ослабления государственной власи при шахе Султан Хосейне все ее враги подняли голову Встали афганцы - предводитель Кандагара Мир-Махмуд-хан, ссадив Исфахан, завладел персидской столицей и низложил шаха Султан Хосейна, объявив себя шахом (1722). Кавказские горцы, предводительствуемые Али-Султаном [1] и Сурхай ханом [2] обрушитись, как лавина, и разорили Грузию и другие персидские провинции вплоть до озера Севан и реки Ерасх (1721-1722- 1723). Одновременно, в дни царствования Петра Великого
* В 1881 году, путешествуя по Сюнику, я остановился пере-нзчевать в селе Тох Здесь мне рассказали, что старейшина упомянутых мусульман вручил двух своих сыновей Саршсу епископу Джалалянцу [7] с тем, чтобы они, воспитанные в армянском духе, впоследствии приняли христианство и продолжили род Мслик-Аванянов в качестве армян Но доброй памяти епископ, вместо того, чтобы отдать детей в школу, использовал их как собственных слуг Живя у него на кухне, дети обнаглели и украли чайные ложки епископа Епископ был вынужден изгнать их из дома. Джалалян в то время был епархиальным начальником в Шуши.
-26-
     (1722-1723) русские овладели персидскими провинциями на побережье Каспийского моря - Гиляном, Мазандараном и Астрабадом и городами Дербентом и Баку. Именно в это время (1722-1723) османы, видя приближение русских к их границам и будучи осведомлены о захватнических устремлениях Петра Великого на Востоке, заняли все граничащие с ними персидские провинции. В течение двух лег они овладели Атрпатака-ном, Нахичеваном, Ереваном, Тифлисом, Гандзаком и другими персидскими владениями, пока не дошли до владений меликов Карабаха.
     Видя, что ослабевшая Персия распадается на части, мелики Карабаха также решили извлечь из этого выгоду. До тех пор мелики считались персидскими ленными князьями, теперь же они решили полностью освободиться от персидского господства и основать независимое армянское государство. Для обсуждения своих замыслов и отдачи необходимых распоряжений, они тайно собирались в монастыре Гандзасар, предводительствуемые католикосом Есаи.
     В описываемый период меликами Карабаха были:
     1. Гюлистаном правил мелик Абов II Мелик-Бегларян.
     2. Джрабердом правил мелик Есаи Мелик-Исраелян.
     3. Хаченом правил мелик Григор Хасан-Джалалягг, а затем его брат мелик Алахверди.
     4. Варандой правил мелик Хусейн Мелик-Шахна-зарян.
     5. Дизаком правил сын вардапета Гукаса мелик Еган (Аван).

IV

     Замысел меликов Карабаха - основать у себя на родине независимое армянское княжество - не был нов. Еще в 1701 году они послали к Петру Великому своего представителя - индийского армянина Исраела Ори [1] - сопровождаемого вардапетом Минасом [2] и несколькими другими людьми. Они предстали перед царем в Смоленске. Целью этого посольства было убедить царя принять армян под свое покровительство. В этом случае армяне могли бы начать собственными силами войну с персами, сбросить мусульманское иго и принять покровительство русского христианского государства. Для
-27-
спасения своей родины, заявил Ори, армяне имеют наготове 17000 воинов в районе Шемахи, 60000 - в Карабахе, а в 17 персидских провинциях Армении можно собрать еще более 100000 человек. И если войско царя прибудет в эти края, то армяне берут на себя обязательство содержать его на собственные средства.
     Как человек, хорошо знакомый с Востоком, Ори показал царю Kapтy Армении, ознакомил его с древней армянской историей и ее царями* и разъяснил те выгоды, которые приобрел бы царь, приняв Армению под свое покровительство. Ори сообщил, что он уже обратился к главам европейских и иных государств и получил согласие австрийского императора и кюрфюрста Баварии объединить свои силы с русскими для восстановления Армении.
     Орлиный взор великого государя мгновенно уловил те огромные выгоды, которые он мог приобрести, получив в свои руки искусный в торговле и одновременно воинственный народ, с которым был знаком еще с юношеских лет**. Для осуществления его завоевательной политики на Востоке, его дальновидных планов по установлению торговых отношений между Россией и Индией необходимы были умелые посредники и хорошие проводники- и подобных деятелей он увидел в армянах. Поэтому он весьма любезно принял предложение армянских посланников и обещал всяческую помощь армянам в осуществлении их замыслов.
     Но у Петра не было времени начать решительные действия на востоке, так как он был занят войной со шведами, которая в это время особенно обострилась. Кроме того, он считал необходимым лучше ознакомиться с современным положением и политической ситуацией в Персии. С этой целью Петр Великий образовал посольство,
     * И сегодня в библиотеке Гандзасарского монастыря можно увидеть частью сохранившиеся выполненные маслом изображения армянских царей, изготовленные в то время для представления европейским государям.
     ** Во время пребывания Петра Великого за границей он познакомился в Голландии с неким Абро, торговцем из Смирны, которого позже пригласил торговать в Россию.
-28-
главой которого был назначен тот же Исраел Ори*, и послал его в Персию (1707) к шаху Султан Хосейну.
     Соратник Ори - вардапет Минас - остался в России и продолжил переговоры между «армянским собранием» Гандзасарского монастыря и царским двором.
     Ори направился в Персию через Армению, прошел Шемаху, Карабах, Нахичеван, чтобы на месте ознакомиться с подготовкой армян, поощрить их и настроить против персов в пользу России.
     Несмотря на то, что миссия Ори прикрывалась невинным именем посольства папы римского, который не имел на востоке каких-либо интересов, правитель Шемахи Гусейн-хан Мусабекян** еще до прибытия Ори в столицу Персии сообщил шаху, что Ори собирается основать армянское государство, уничтожить власть персов и т. д. Получив эти сведения, шах так разгневался, что даже решил вообще не принимать «папское» посольство. Но Ори с необычайной дипломатической ловкостью развеял сомнения шаха и был удостоен великолепного приема в Исфахане.
     Ори оставался в Исфахане несколько лет. За это время ему удалось выполнить различные поручения царя, собрать требуемые сведения и тайно переслать их в Россию своему другу вардапету Минасу, который в свою очередь доставлял их царю.
     С успехом выполнив порученную ему миссию, Ори вернулся в Россию, привезя с собой подарки шаха Петру Великому на 200 000 рублей.
     Царь был так доволен службой Ори, что обещал дать ему 40000 солдат для освобождения его родины, а привезенные из Персии дары повелел употребить на военные нужды. Но Ори с благородным великодушием отказался от подарков царя, заявив, что армяне нуждаются лишь в его милосердии, а войско у них имеется.
     * Исраелу Ори указом царя был пожалован чин полковника.
     ** Этот Гусейн-хан-армянин из дома Мусабекянов, родом из Агулиса. Один из его братьев - Мехмет-Кули-хан был персидским наместником в Ереване. Последний, когда заподозрил, что католикос Аствацатур [3] ведет тайные переговоры с грузинскими царями и хочет объединиться с ними для освобождения Армении от персидского господства, наложил огромный штраф на Эчмиадзинсюга монастырь. Вообще принявшие мусульманство братья Мусабекяны нанесли огромный вред восстанию армян.
-29-
     Но вскоре мелики Карабаха лишились помощи этого энергичного патриота, так как Ори, выполняя поручение царя, заболел в пути и умер в Астрахани [4], унеся с собой в могилу (1711)* все свои мечты об освобождении родины. Но смерть Ори не положила конец делу, которому он служил.

V

     После смерти Ори дело его продолжил вардапет Минас. Он не уехал из России и выполнял роль посредника между царем и «армянским собранием» Гандзасарского монастыря, в котором собирались на совет мелики Карабаха. Этот энергичный вардапет, хотя и был к тому времени назначен архиепископом армян в России, больше занимался политическими делами, чем церковными. Он имел своих тайных агентов во всех более или менее значительных местах Персии, которые отовсюду сообщали ему сведения**. Некоторые из этих агентов удостоились особой милости государя***.
     В это время в Персии последовательно произошли события 1721, 1722 и 1723 годов, описанные нами в III главе. Шах Султан Хосейн был низложен,
* После смерти Ори русские чиновники Астрахани разграбили его имущество и обвинили в мошенничестве. Вардапету Минасу пришлось приложить большие усилия, чтобы вернуть часть захваченного имущества и восстановить честь своего покойного друга.
     ** Один из этих агентов был Саргис ди Гиланенц, записки которого о событиях того времени в Персии напечатаны в Журнале «Крунк». В 1870 году профессор К. Патканян, переведя их на русский язык, представил в Императорскую академию в качестве важного исторического источника.
     *** Одним из них был армянин по имени Навасард, которого, когда царь пожелал возна!радить его за оказанные услуги, обнаружили умершим в Персии. После него не осталось даже наследников. Нашли лишь одного армянина, по имени Лазарь, служившего у покойного и осведомленного в его делах. Царь велел призвать Лазаря и пожаловал ему чин генерала. Это тот самый генерал Лазарь Христофоров [1], который, став командиром отдельного Армянского эскадрона, сыграл довольно видную роль в персидских походах Петра Великого Впоследствии (1736) со своим отрядом и армянскими офицерами был переведен в Кизляр.
-30-
афганцы захватили персидскую столицу, османы овладели приграничными персидскими провинциями. Государство Сефевидов находилось в состоянии полного распада. Но русские, вместо того, чтобы обратить внимание на Армению, завоевывали персидские провинции на побережье Каспийского моря.
     Мелики вновь обратились к русскому двору. Их посланцы- священники тэр Антоний, тэр Петрос, Челеби-кехва и Симон Попов - беспрестанно прибывали в Россию, и послания армянских меликов, католикосов Есаи и Нерсеса [2] через вардапета Минаса представлялись царю. Ответы Петра Великого неизменно содержали в себе милостивые обещания, он советовал им подождать, обнадеживая, что все чаяния осуществятся. Эти переговоры длились несколько лет. И поскольку Грузия в это время находилась в том же положении, что и Армения (там также властвовали османы), то и грузины, подобно армянам, обращались к царю с той же просьбой Наконец, армяне получили ответ: объединить свои силы с грузинскими и ждать, пока царь во главе русского войска лично прибудет осматривать вновь завоеванные персидские земли. Тогда армяне и грузины, соединившись с русским войском, могут начать восстание.

VI

     Эта весть с огромной радостью была встречена как армянами, так и грузинами. Два христианских народа со схожей судьбой должны были выступить рука об руку под покровительством великого христианского государя против мусульманского ига, совместно бороться за освобождение своей родины.
     Мелики Карабаха в этот момент обратились к грузинскому царю Георгию Шахнавазу с просьбой прислать искусного и опытного военачальника для руководства армянским войском. Царь остановил свой выбор на армянском князе Давид-беке*, который в это время служил в Грузии. Давид-бек прибыл в Карабах (1722) и собрал 60-тысячное войско, во главе которого поставил мелика Аван-хана (мелика Егана) и Авана Мирзу (Авана-юзбаши) [1], а сам с главными силами направился в Чавндур Капанской области, где была родина князя.
* Давид-бек - герой моего одноименного романа.
-31-
     Приготовления Петра Великого к новому походувПерсию, с одной стороны, и действия Давид-бека - по другой, стали поводом для того, чтобы османский паша Эрзерума потребовал от Давид-бека разъяснений о причине мобилизации армянского войска Карабаха. Дело было столь очевидным и обещания русских столь несомненны, что Давид-бек, если бы и хотел, скрыть уже ничего не мог. Он смело ответил, что все это делается по повелению царя Петра Великого. В ответ на это османы начали спешно захватывать сопредельные персидские провинции и заняли все пространство от Еревана до Тавриза, намереваясь препятствовать успешному продвижению великого царя.
     Давид-бек и другие армянские медики, наблюдая приближение османских сил, представляющее очевидную опасность для осуществления их целей, незамедлительно сообщали о нем Петру Великому, прося его не запаздывать и ускорить начало похода. На сей раз царь не мешкал: он тут же приказал своему войску (численностью 30 000) продвинуться к персидской границе, а сам выступил в Дербент (22 августа 1722 г.).
     Ожидая прибытия Петра Великого в Дербент, грузины и армяне расположили свои войска около города Гандзак. Грузинским войском командовал второй наследник Георгия Шахнаваза Вахтанг [2], а армянским - Давид-бек. Численность обоих войск составляла 52 000 человек. В рядах армянской армии находился и предводитель армянского движения католикос Гандзасара Есаи*. Но все эти великолепные приготовления со стороны как армян, так и грузин, оказались тщетными, ибо внезапно была получена весть о том, что царь из Дербента возвратился в Астрахань, а оттуда в Россию.
* Этот видный священнослужитель, бывший не только очевидцем, но и главным действующим лицом современных ему событий, оставил обширную и подробную их историю, изложенную в форме дневника В 1839 году митрополит Багдасар опубликовал ее в городе Шуши, но в значительно сокращенном и безжалостно урезанном виде. Сейчас мы считаем излишним объяснять, с какой целью совершил покойный митрополит это «литературное убийство», отметим лишь, что оригинал истории католикоса Есаи был значительно более объемистым, как это видно из дошедшего до нас рукописного списка, наполовину, к сожалению, сгнившего. Было бы желательно выявить полный текст этого труда, содержащего богатый материал для нашей новой истории.
-32-
     Причину неожиданного возвращения царя объясняли тем, что буря на Каспийском море уничтожила большую часть его кораблей, везших провиант для армии, и царь опасался, что после высадки на сушу, в Армению, войско будет голодать. Но верно лишь то, что он из Астрахани послал несколько батальонов, которые под началом полковника Шилова [3] и генерала Матюшкина [4] вступили на южное побережье Каспийского моря и заняли персидские провинции Гилян, Мазандаран, Астрабад и Баку.
     Войска армян и грузин, огорченные, обманутые б своих ожиданиях, возвратились на свои места. Вахтанг отправился в Тифлис, где его ожидали ужасные события*, а Давид-бек - в Сюник.

VII

     Эта неудача нанесла огромный урон делу, начатому армянами. До этого они похвалялись русскими, угрожали мусульманам именем великого царя, но как только мусульмане поняли, что все это лишь несбыточные надежды, они начали с еще большим озлоблением чинить насилия над христианами.
     Именно в то время (1723), когда русские овладели прибрежными персидскими провинциями, османы начали продвижение в глубь Армении. Захватив Нахичеван, Ереван, Тифлис и Гандзак, они подошли к Карабаху.
     Сары-Мустафа-паша, командовавший османскими отрядами, двигавшимися в сторону Карабаха, расположился в городе Гандзак, откуда посылал их во все стороны.
* Сын Назар-Али-хана (Ираклия I) Магомет-Кули-хан5 (Константин II), который, приняв, подобно своему отцу и брату Имам-Кули-хану (Давид III), магометанство, был назначен персидским шахом правителем Кахетии. Этот злодей обратился к предводителю лезгинов Али-Султану, обещал каждому из его отрядов по 3 тумана, дабы они помогли ему овладеть Тифлисом и убить Вах. танга. Лезгины захватили Тифлис, и Вахтанг бежал в Имеретию. Но Магомет-Кули-хан не смог выплатить обещанного вознаграждения и отдал Тифлис лезгинам на разграбление. Весь город стал жертвой погромщиков.
-33-
     Армянские мелики с ужасом поняли, что вместо ослабевших, обессиленных персов перед ними предстал новый и еще более могущественный противник, способный погубить все их надежды.
     Они вместе со своим союзником Вахтангом* попытались в третий раз обратиться к царю, прося помощи против османов. Но царь в это время думал уже не о восстановлении независимости Армении, а о заселении новозавоеванных им персидских провинций - Гиляна и Мазакдарана - народом преданным и христианским, какими были армяне. Лучшие военачальники этого народа со своими отрядами помогали ему овладеть этими провинциями, мудрые политики, вышедшие из недр этого народа, указали ему путь, предводительствовали им и создали возможность почти без сопротивления овладеть упомянутыми землями; теперь же царь пожелал, чтобы тот же народ покинул свою родину, возрождением которой он был столь воодушевлен, и переселился в далекий и незнакомый край. Этот народ нужен был Для этой новой страны: он - верен, покорен, и главное- в его руках восточная торговля, с его помощью великий государь мог осуществить свою заветную цель - проложить торговые пути из Европы на Восток через Россию- и тем самым преобразить жизнь своей страны.
     Но как армяне, так и грузины не переставали искать покровительства царя для спасения своей роднны. Они предпочитали остаться в своей стране, но освобожденной от мусульманского гнета.
     Именно в это время состоялись дипломатические переговоры, окончательно лишившие армян и грузин надежд на осуществление их планов.
     Как раз в тот момент, когда царь вернулся из Астра-лани в Москву (3 сентября 1723 г.), туда прибыл посол шаха Тахмаспа**. Между русскими и персами был заключен мирный договор1, согласно которому персы признали права русских на города Баку и Дербент, а также провинции Гилян, Мазандаран и Астрабад Царь Же, в свою очередь, обещал послать войско для оказания помощи шаху Тахмаспу в борьбе против афганцев и
     * После захвата Тифлиса османами Вахтанг был изгнан со своей родины и находился в Имеретин, а затем, вконец отчаявшись, удалился со своей семьей в Москву (1724)
     ** Шах Тахмасп - сын шаха Султан Хосейна.
-34-
_________________________________________ османов. Хотя в итоге этот договор и не был подписан шахом, тем не менее османы страшно разгневались, узнав о вмешательстве русских в дела персов. Но царь успокоил их, подписав с Высокой Портой мирный договор (12 июня 1724 г.), на основе которого стороны пришли к соглашению, что османам отходят Грузия, равнинный Дагестан и армянские области - весь Атрпатакан, Нахичеван, Ереван, Гандзак, Карабах и другие, вплоть до части Ширвана. Вследствие этого договора все надежды армян на помощь России развеялись, ибо теперь русские, при всем своем желании, не могли помочь им.
     Поэтому, когда армянские католикосы и мелики вновь обратились к Петру Великому со своим посланием (10 ноября 1724 г.), царь соизволил принять армян под свое высокое покровительство и милостивейше повелел коменданту крепости Дербент генералу Кропотову отвести им места при крепости Св. Креста, по рекам Сулак, Аграхан и Терек. В то же время канцлер царя Гавриил Головкин2 отправляет секретные распоряжения властям вновь завоеванных персидских провинций с тем, чтобы они склонили армян оставить свою страну и переселиться в Прикаспийские области - Гилян и Мазандаран, ибо в соответствии с договором, заключенным с Высокой Портой, царь не мог оказать помощи армянам, пока они будут оставаться в своей стране. Еще до этого командующий войсками в Прикаспийской области генерал Матюшкин получил приказ постепенно очистить Гилян и Мазандаран от мусульман и поселить там армянских переселенцев.
     Но скоропостижная смерть (28 июня 1725 г.) не позволила Петру Великому осуществить этот замысел. После смерти царя на русский престол взошла его жена Екатерина I, в период царствования которой положение армян еще более ухудшилось.
     Хотя Петр Великий и не смог помочь армянам в их борьбе против мусульман, тем не менее весть о смерти Царя повергла армян в скорбь. Католикосы Есаи и Нерсес, мелики Карабаха послали из Дербента депутацию к императрице Екатерине I, чтобы выразить ей глубокое соболезнование. Депутацию возглавляли Баги-юзбаши. Челеби-кехва и другие знатные люди. Одновременно они сообщили, что Сары-Мустафа-паша с сорокатысячным войском напал на Карабах и армяне после
-35-
___ восьмидневного отчаянного сопротивления с трудом смогли одолеть османов. Посланники добавили, что армяне вряд ли смогут долго продержаться, если не будет оказана помощь.
     Государыня в своей грамоте (22 февраля 1726 г.) соизволила выразить свою императорскую милость к армянскому народу, что же касается самого дела, то, как сказано в грамоте, о нем Челеби-кехва должен был объявить словесно.
     Армянским посланцам было наказано сообщить повстанцам Карабаха, чтобы они оставались верны освободительному движению, продолжали борьбу с мусульманами до rex пор, пока на помощь им придут грузинский царь Вахтанг и генерал князь Долгорукий [3].
     В дальнейшем армяне несколько раз повторяли свою просьбу, но никто не пришел им на помощь, и они вынуждены были сражаться, уповая на собственные силы. Но, видимо, армянам не суждено было дождаться светлого дня, ибо в дни царствования государыни Анны Ивановны (1732) объявился зловещий Надир [4], в Персии произошли крупные перемены, в результате которых дело, предпринятое армянами, не могло иметь успеха.

VIII

     Надир* появился в тот момент, когда, как мы увидели выше, Персия была раздроблена, а персидский трон был захвачен иноземцами. Одну часть Персии захватили афганцы, другую - русские, а Армения, Грузия и ряд других персидских областей находились в руках османов.
     Надир обрушился, как бешеный ураган, изгнал из Персии афганцев, захватил часть Индии и, наконец, обратил свой меч против османов. Его поразительные успехи вдохнули новые силы и новые надежды в армянских медиков Карабаха. Последние начали собственными силами изгонять из своей страны османов.
     * Надира называли также Тахмасп Кули-ханом Поначалу это был обыкновенный предводитель бандитов, грабивших караваны в степях Хорасана Позже он стал военачальником, а затем и главнокомандующим персидской армией Наконец, убив шаха Тахмаспа, захватил персидский престол.
-36-
В это время главнокомандующий турецкой армией Сары-Мустафа-паша со своими главными силами находился в городе Гандзак, а остальные войска рассредоточил в провинциях меликов Карабаха. Мелик Аван, старший среди меликов, воспользовавшись дружеским отношением к нему паши и внешне выражая полную покорность, организовал грандиозный заговор. Все мелики объединились вокруг него. Девизом восстания стал следующий призыв: «Сохраняйте старые семена, способные прорасти, и уничтожайте новые, не обещающие плодов!» Иначе говоря, не трогайте персов и уничтожайте османов. Резня должна была свершиться в первую ночь Великого поста. В эту Варфоломеевскую ночь армяне перебили все османское войско, находившееся в Карабахе и Гандзаке. По причине зимних холодов воины жили в домах армян. Каждый хозяин дома расправился со своим незваным гостем. Сары-Мустафа-паша сумел спастись, сбежав в Ереван. Это достопамятное событие произошло в 1733 году.
     Я считаю не лишним описать здесь случай, происшедший в ту ночь в Варанде, в селе Аветараноц. В нем воплощен героизм армянской женщины. Аветараноц - это цитадель меликства Варанды. Здесь расположился один из османских военачальников со своим отрядом. Звали его Сулейман-бек. Прослышав о красоте дочери мелика Хусейна Гаянэ, он задумал завладеть ею. Но не осмеливаясь применить силу, объявил, что хочет жениться на ней. Отец и мать обещали отдать дочь нечестивому мусульманину, но всячески затягивали дело, объясняя это тем, что в соответствии с армянской религией и национальными обычаями прежде необходимо выполнить различные обряды. Так они выигрывали день за днем, пока не наступила назначенная ночь. Началось побоище. Мелика Хусейна в эту ночь не было дома, он должен был действовать в другом месте. Резней в Аветараноце руководила его отважная жена Анна-хатун*. В тот момент, когда она с оружием в руках сражалась с османами на улицах селения, самозваный зять попытался найти спасение в ее доме. На пороге его встретила Гаянэ, также вооруженная. Увидев входящего в дом ненавистного жениха, девушка вонзила кинжал ему в
     * Анна-хатун была сестрой владетеля гавара Дизак мелика вана (Егана), который и организовал всеобщее восстание.
-37-
сердце... После этого убийства Гаянэ приняла монашество и вступила в девичью пустынь того же села Аветараноц*.
     Память о героических деяниях Анны-хатун и Гаянэ сохранилась лишь в народном предании, память же о мелике Хусейне запечатлена на надгробии, установленном в усыпальнице пустыни Кусаноц**.
     Борьба меликов Карабаха с османами - это важнейший эпизод в нашей истории нового времени, который еще не исследован и не обнародован. Здесь же мы отметим, что армяне, освободив своими силами родину от османов, во многом способствовали победе Надира над османами, и главнокомандующий персидской армией, став впоследствии шахом, как мы увидим далее, не забыл заслуг армянских меликов. Он оказался более благодарным, чем христианские монархи.
     В то время как армянские мелики громили османов в Карабахе, князь Сюника Давид-бек творил в Капане чудеса. Крепости мусульманских властителей одна за другой пали перед его грозной мощью. Во время осады крепости Алидзор он с горсткой храбрецов рассеял более чем 20-тысячную армию османов***. Он полностью очистил Капан, Баргушат, Чавндур, Генваз и Гохтн от османов, отобрал у них Мегри и Ордубад. Узнав об
     * Во время моего путешествия, в 1881 году, в селении Аве-тараноц мне посчастливилось увидеть великолепное рукописное Евангелие, переписанное рукой Гаянэ.
** «Могила сына мелика Шахназара
Мелика Хусейна. В лето 1185 (1736 г.)
Свою песню хвалебную
О мелике Хусейне
На надгробии его высекаю.
Был он владыкой всей Варанды
С тридцатью пятью селениями.
И стол его был полон хлеба
И всем подавал он милостыню.
Внешностью был он прекрасен,
Гордостью являлся армянской нации,
В битвах беспощадно убивал персов,
Храбро воевал с османцами проклятыми,
Не платил он дани ни одному царю,
Был мощным оплотом всей страны».
     *** В истории указано 70000, но эта цифра преувеличена.
-38-
     этом, персидский шах Тахмасп* щедро вознаградил Давид-бека, пожаловав ему многие привилегии. Он послал беку знамя, великолепного коня и подтвердил шахским фирманом его наследственное право на подвластные ему земли, он дал ему также право чеканить монеты с собственным именем. Но внезапная смерть не п-зволила герою воспользоваться плодами своих побед... В 1728 году он был предательски отравлен [1].
     В том же году умерли три видных деятеля Карабаха: Абов II Мелик-Бегларян, мелик Есаи Мелик-Исраелян и католикос Гандза-сара Есаи. Мелику Абову наследовал его сын мелик Овсеп, католикоса Есаи сменил католикос Нерсес из монастыря Ерек Манкунк, а мелику Есаи наследовал его брат Алахкули, которому Надир пожаловал титул султана.
     Надир, совершив ряд победоносных походов, сумел в течение нескольких лет освободить все персидские области (Атрпатакан, Нахичеван, Ереван, Грузия, Гандзак и др.) Победы Надира навели страх даже на русское правительство, которое в дни царствования Анны Ивановны без сопротивления возвратило Надиру все завоеванные Петром Великим лерсидские провинции (Гилян, Мазандаран, Асграбад, Баку и Дербент) [2]. Одержав ряд блистательных побед, Надир зимой 1736 года расположил свою армию у реки Ерасх, в широкой Муганской степи. Сюда были призваны правители всех персидских провинций, правитель (вали) Кахетии - принявший мусульманство сын Имам-Кули-хана (Давида III) Али-Мирза-хан, эчмиадзинский католикос Абраам** и католикос Карабаха Нерсес, все армянские мелики и калантары Карабаха, Нахичевана, Еревана, сын тифлисского князя мелика Ашхал-бека Ага-бек (дед князей Бебутянов), принимавший участие в индийских походах Надира
     * Не следует забывать, что до убийства шаха Тахмаспа Надир был его главнокомандующим; на престол он взошел после убийства шаха.
     ** Сей католикос Абраам, прозываемый Кретаци, пользовался особым расположением Надира. Храбрый персидский военачальник был его гостем в Эчмиадзине, а во время своих походов в Армению и Грузию не отпускал католикоса из своей армии. Это позволило католикосу ближе ознакомиться с деятельностью шаха, которой Абраам посвятил книгу, изданную в Эчмиадзине в 1870 году («Повествование католикоса Абраама Кретаци о его приключениях и о Надире, шахе Персии»).
-39-
     В феврале месяце того же года в Муганской степи была совершена церемония возведения на престол Надира. Армянский католикос Абраам освятил его саблю и своею рукою повязал ее на спину нового персидского царя.
     По восшествии на престол Надир-шах, раздавая присутствовавшим различные должности и награды, отметил и подвиги, совершенные армянскими медиками, которые проявили столько усердия в разгроме османов. Особым фирманом он вновь подтвердил владетельские права меликов, предоставил каждому право суверенно править своим княжеством, выплачивая определенную ежегодную дань. Таким образом, мелики, подчиняясь лишь шаху, обладая абсолютными правами на самоуправлелие, в качестве вали (феодальных князей) могли жить мирно и безопасно и еще более укреплять свои силы.
     Нескольким меликам были пожалованы высокие титулы Мелик Алахкули, сын мелика Исраела, получил титул султана* и стал называться Алахкули-султан. Особой милос1и шаха удостоился владетель Дизака мелик Аван (Еган), которого шах называл «бабалэх», то есть духовный отец. Мелик Аван был старейшиной карабахских меликов; он на протяжении целого года снабжал шахское войско продовольствием и явился организатором описанной нами выше ужасной резни, во время которой армяне за одну ночь уничтожили всех османов, находившихся в Карабахе. Шах пожаловал ему титул хана, после чего он стал называться мелик Аван-хан. Он был назначен главой всех пяти меликств Хамсы: все налоги, собранные в меликствах, передавались ему, а он, в свою очередь, уплачивал их в дворцовую казну.
     Когда католикос Абраам, по просьбе шаха, совершил в Муганской степи обряд празднования Святого Рождества и Крещения, при этом присутствовали, помимо христиан, до трех тысяч персидских придворных, шейх-уль-ислам, кази и другие знатные люди. Из присутствующих только мелик Аван-хан был удостоен чести извлечь крест из воды.
     * Титул «султан» не следует понимать в том значении, в каком он употребляется ныне в Турции. В современной Персии - это воинское звание, а во времена Надира этот титул присваивался правителям отдельных провинций или небольших областей.
-40-
     Можно упомянуть и об одном небольшом эпизоде, хотя и несколько комичном, но свидетельствующем о близости и дружбе Аван-хана с грозным царем Персии.
     Надир-шах имел обыкновение обедать в доме мелика Аван-хана, гостеприимство которого было общеизвестно. Однажды шах, желая поставить хозяина в неловкое положение, попросил приготовить на обед свежие грибы. И хотя была зима и в это время года в лесах Карабаха грибов не было, мелик Аван-хан обещал, что воля шаха будет выполнена. Во время обеда, когда шах потребовал желаемое блюдо, слуги мелика поставили перед ним поднос, наполненный золотом. «Я заказывал грибы» - сказал шах. «Мы можем насытиться и без грибов,- ответил мелик, - но вашим воинам для победы над врагом нужно золото». Шах остался весьма доволен ответом мелика и принял дар.
     Мелик Аван пользовался уважением у российского правительства. В дни царствования Анны Ивановны (1734) он отправился со своей свитой в Россию, где встретил прекрасный прием. Государыня за услуги, оказанные им Петру Великому во время персидских походов, пожаловала медику Аван-хану чин генерал-майора и различные ордена. Всей его свите также были пожалованы ордена, чины и пенсии.
     Позже, во время царствования Елизаветы Петровны, мелик Аван-хан, уже в преклонном возрасте, снова отправился в Россию, взяв с собой свою семью. Знатный владетель Карабаха вновь был удостоен орденов и других знаков высочайшей милости, хотя целью его миссии было не личное тщеславие, а спасение своей несчастной страны Августейшая дочь Петра Великого пожелала лично увидеть престарелого героя, и ему была назначена аудиенция в Санкт-Петербурге. Граф Миних и граф Разумовский представили мелика Аван-хана и его семью императрице. Во время приема государыня, увидев юную красавицу, внучку мелика, пожелала оставить е у себя во дворце в качестве фрейлины. До отъезда семейства Аван-хана из Санкт-Петербурга она жила во дворце, и лишь после настойчивых просьб мелика государыня позволила ей вернуться с родителями на родину, Щедро одарив ее.
-41-
     После возвращения на родину, в Дизак, мелик Аван-хан прожил недолго, он скончался в 1744 году и похоронен в усыпальнице церкви своей крепости Тох. Его старший сын мелик Арам правил всего год, после чего власть перешла к младшему сыну мелику Есаи, который, как мы увидим далее, был предательски убит Ибрагим-ханом Шушинским. Большинство потомков мелика Аван-х,ана стали жертвой предательства. Поэтому его вдова Гоар-ханум была вынуждена покинуть родину и вместе с оставшимися детьми переселиться в Астрахань, а оттуда в Кизляр. К роду мелика Аван-хана и его брата принадлежат князья Сумбатяны, князья Меликовы и Айрапетяны, занимавшие высокие должности в Астрахани, Санкт-Петербурге и Москве.

IX

     Появление Панах-хана
     После того как Надир-шах провозгласил себя в Муганской степи царем, он переселил в Хорасан довольно значительную часть кочевавшего в степях, расположенных на правом берегу Куры, тюркского племени, которое по названию местности называлось джеванширцы, и поселил их в провинции Сархас. Основным занятием джеванширцев были скотоводство и разбой. Для сохранения мира в стране Надир счел наиболее благоразумным переселить это беспокойное, полудикое племя в глубь Персии.
     К одному из родов этого племени, называемого сарыджаллы, принадлежал и некий Панах, который после переселения в Персию сумел получить незначительную должность при дворе шаха. Для исполнения этой должности не надо было обладать никакими достоинствами, кроме зычного голоса, чтобы в соответствии с обычаями этой страны оглашать на городских площадях царские приказы. Панах обладал этим достоинством и стал шахским глашатаем. Его называли «джарчи» Панах. Он исполнял эту обязанность до тех пор, пока, совершив какое-то преступление, вынужден был бежать в родные края, дабы избежать смертного приговора. Как преступник он скрывался в степях Карабаха, ведя незаметную, бродячую жизнь.
-42-
     Затем он обратился к мелику Алахкули-султану, владетелю Джраберда, и нашел у него прибежище Мелик назначил его сборщиком налогов в своих селах, И хотя из Персии несколько раз приходило строгое указание задержать Панаха и выслать его обратно, но он, пользуясь покровительством мелика, остался на свободе.
     После того как Надир-шах был убит в Хорасане своими придворными (1747;, в Персии развернулась ожесточенная борьба за власть. В различных местах появились претенденты на престол, многие провинции взбунтовались. В Мешхеде власть захватил его внук Шахрох, в Атрпатакане - его племянник Адель-шах, брат которого Ибрахим-мирза, впоследствии ослепив родного брата, сам взошел на престол. Во время этой смуты джеванширцы, переселенные Надиром в Хорасан, вернулись в карабахские степи.
     Для «джарчи» Панаха опасность наказания, смерти миновала, и он почувствовал себя свободным. Этот человек, простодушный сын степей, прожив долгие годы в обстановке дворцовых интриг, перенял у персов присущие им хитрость и коварство.
     На службе у грозного джрабердского мелика Алах-кули-султана он уже занимал видное положение Когда Панах прослышал о смерти Надир-шаха и возвращении своих соплеменников из Хорасана, он оставил эту службу, переселился к джеванширским пастухам и вначале жил привычной для них жизнью. Но постепенно ему удалось склонить на свою сторону наивных пастухов и, сместив прежнего старшину племени, занять его место.
     Эта ничтожная должность была лишь средством, с помощью которого Панаху удалось объединить под своим началом несколько кочевых племен. Но его тщеславие не было удовлетворено. Когда после смерти Надира его племянник Адель-шах стал царем в Тавризе, он посла т в Карабах человека, по имени Амир-Аслан хан, чтобы навести там порядок Положение персидских шахов в это время было столь шатким, что они ни дня не чувствовали себя в безопасности. Поэтому, стремясь извлечь как можно большие выгоды из своего положения, они за несколько туманов продавали должности, награды, титулы и т. д. «Джарчи» Панах также воспользовался этой ситуацией и получил от Адель-шаха при посредничестве упомянутого Амир-Аслан хана титул хана.
-43-
     Но Панах был умным человеком: он решил создать более основательное княжество, во главе которого должен был, конечно, встать сам. А для осуществления этого замысла имелось множество препятствий, главным из которых были условия существования его племени.
     Джеванширцы - народ пастушеский и кочевой - зиму проводили на равнине, простиравшейся вдоль правого берега Куры, живя в переносных шатрах или землянках, а с начала весны до поздней осени пасли свои стада в горах Карабаха. Не имея постоянного места проживания, они не обладали и земельной собственностью. Так как весь Карабах находился под властью армянских меликов, они вынуждены были платить им десятину со своих баранов за право пасти скот на пастбищах меликов
     Географическое положение края было таково, что покрытые лесами горные склоны, прохладные долины, которые укрывали пастухов в летнюю жару, находились в руках армянских меликов, а джеванширцы кочевали по безводным, засушливым степям, тянущимся до берегов Куры. Панах-хан решил укрепиться где-нибудь в горах Карабаха. Для осуществления его целей ему необходима была выгодная в стратегическом отношении позиция.
     Вначале он отправился в Баят* и начал возводить здесь крепость. Однако мелик Гюлистана Овсеп Мелик-Бегларян и мелик Джраберда Алахкули-султан Мелик-Исраелян, объединившись с правителем Ширвана Хаджи Челеби, не позволили ему осуществить это предприятие. Затем он начал строить новую крепость - Аскеран - возле Шах-булаха, на развалинах Тарнакюрта (Тигранакерта) [1]. Но мелик Гюлистана Овсеп, мелик Джраберда Алахкули и мелик Хачена Алахверди, решив, что эта крепость расположена в опасной близости от их владений, начали борьбу с Панах-ханом и вновь не позволили ему осуществить свой замысел.
     Столкнувшись с сопротивлением армянских меликов, Панах-хан решил достигнуть своей цели, расколов и ослабив их. Этому способствовал ряд событий, происшедших в это время и положивших начало падению меликов Карабаха... Эти события представляют собой столь печальные страницы в истории меликов Карабаха, что мы считаем необходимым рассказать о них более подробно.
     * Баят - развапипы древнего городища возле реки Каркар.
-44-

X

     Мелик Дизака Аван-хан, любимец Петра Великого и Надир-шаха, глава карабахских меликов, уже давно умер (1744). После его смерти среди князей Карабаха не нашлось никого, кто обладал бы его талантом и авторитетом и был способен поддерживать мир и согласие между меликами. Старший сын покойного - мелик Арам - правил всего год. Он был настолько слабовольным человеком, что, когда умер единственный сын Надир-шаха и необходимо было послать к шаху делегацию с соболезнованием, он, вместо того, чтобы поехать самому или отправить какого-либо другого достойного человека, послал свою жену. Мудрая женщина поразила всех персидских придворных, представ вместе со своей свитой в траурном одеянии перед шахом. Высказав слова утешения, госпожа хитроумно вручила шаху 6000 туманов, сказав при этом: «Вы были столь милостивы, что, признавая заслуги мелика Аван-хана и уважая его старость, называли его своим «духовным отцом». Было бы справедливо, чтобы и Вы получили часть наследства после смерти названого отца. Вот я и привезла Вашу долю». Шах был так доволен этим подношением, что приказал выдать ей из своей сокровищницы даров вдвое более принятого и с почестями проводил ее. С нею же был послан фирман, подтверждающий права ее мужа мелика Арама.
     Однако, вернувшись из Персии, госпожа нашла своего мужа мертвым. По указанию Панах-хана он был отравлен предателем-армянином.
     После смерти мелика Арама правление Дизаком перешло к младшему брату покойного медику Есаи, который во всем походил на своего отца.
     До сих пор среди жителей Дизака сохранилось предание о том, что при рождении мелика Есаи женщины, принимавшие новорожденного, заметили, что пальцы его правой руки сжаты в кулак. Когда он их разжал, то все увидели, что его правая ладонь вся в крови.
-45-
     С того дня было предсказано, что, когда младенец подрастет, его рукой будет пролито много крови. И действительно, мелик Есаи свою жизнь провел в сражениях. Дизак, расположенный вдоль персидской границы, постоянно подвергался нашествиям персов. Храбрый князь, защищая свою страну от набегов, вынужден был вести с ними бесконечные войны.
     Мелик Есаи был первым из медиков Карабаха, понявшим необходимость регулярного войска и всеобщей мобилизации для обеспечения безопасности страны: он приказал штрафовать своих крестьян, если обнаруживалась нехватка оружия или оно содержалось не в безупречном состоянии. В определенные дни, после завершения полевых работ, молодые селяне занимались военной подготовкой: их обучали десятники, полусотники, сотники. «В его время,- пишет один вардапет,- безопасность нашей страны была такова, что молодые девушки, сидя в саду под деревьями, занимались рукоделием и оставались там до темноты; невесты, разодетые, принаряженные выходили из дома и безбоязненно гуляли в горах, совершенно не опасаясь того, что тюрок или перс может напасть и похитить их. Когда появлялся враг, молодежь с оружием в руках всегда готова была встретить его».
     После смерти Надир-шаха дружественные отношения мелика Аван-хана с персидским двором прервались. Мелик Есаи, видя царящее в Персии безвластие, междоусобицу и внутренние распри, а особенно возмущаясь наглостью персидских сборщиков налогов, решил pj признавать их и отказался платить налоги. Этим обстоятельством воспользовался Панах-хан и донес на мелика Есаи Адель-шаху в Тавриз. Шах повелел правителю Карадага* Казим-хану отправиться в Карабах и покарать мелика Есаи. Хан Карадага явился с огромным войском Панах-хан с несколькими тысячами человек присоединился к нему, и они осадили крепость мелика Есаи Тох. Тот, кто видел Тох, понимает, что многочисленность вражеского войска не могла испугать мелика Есаи, так как могущественному противнику вместе с его храбрыми воинами противостояло и неприступное расположение крепости. Армянские воины, частью находившиеся
     * Следует учесть, что Карадаг (часть древнего Пайтакарана) и Дизак - две соседние провинции, разделенные лишь рекой Ерасх.
-46-
под прикрытием крепостных стен, частью же скрывавшиеся в густых лесах, покрывающих окрестные горы, предпринимали внезапные вылазвд и наносили удары но персам. Хан Карадага, побежденный, потерявший большую часть своей армии, вернулся в Персию. На следующий год, собрав еще большее войско, он предпринял новый поход; Панах-хан вновь присоединился к нему, но усилия обоих остались втуне, и мелик Есаи вышел победителем.
     Панах-хан на протяжении семи лет продолжал сражаться с меликом Есаи Мелик-Аваняном, пока не понял, что покорить его не удастся, смирился и решил одолеть его «мирными» средствами, что, как мы увидим далее, и удалось коварному хану...


Previous     Main Page     Next

Copyright © 2002 ArCGroup
Rambler's Top100